"ЖУРФИКСЪ…"



1000

Журфикс (от французского jour fixe – "фиксированный день") – в дореволюционной России определённый день недели в каком-либо доме, предназначенный для регулярного приёма гостей. На журфикс приезжали без приглашения. Журфиксы устанавливали литераторы, не имевшие возможности содержать полноценный литературный салон…
Люди иногда даже не слушают, например, радио, а выключить не позволяют: "Пусть говорит" – "Зачем?" – "Так…"
И сему есть причина! Ну, во-первых, наша Гостиная – одно из немногих мест Первопрестольной, где Вам подадут отменный кофе. Нет, ну есть, конечно, ещё пара пристанищ утомлённому сердцу, например – кофейня "Булка", что располагается на пересечении Покровки и Чистопрудного бульвара или же лобби-бар (тьфу-ты, опять слово иноземное)… назовём так: приёмный зал Гостиницы "Ленинградская" – одной из семи высоток, что на Комсомольской площади у трех вокзалов…
Помните, как писал поэт:
ВЫХОДЪ ВЪ ГОСТИНУЮ
Что сказать, милостивые Государи мои, добро пожаловать в нашу Гостиную у Покровских Ворот: у нас, знаете ли, по субботам приём гостей – журфиксъ …
"Не успеешь с человеком познакомиться, смотришь – уже надо идти на его панихиду! Люди "кокаются", как тухлые яйца: у всех склерозы, давления, инфаркты. И неудивительно – век такой сумасшедший: от одного радио можно с ума сойти. А телефоны? А телевизор? А всякие магнитофоны? Ужас! Кошмар! И все это орёт как зарезанное, требует, приказывает, уговаривает, поучает, вставляет Вам в уши клинья! И везде: в собственном доме, на улице, в магазинах, в учреждениях, у соседей... где хотите. И заметьте, что это просто садизм, какой‑то…
Вот-с, милостивые Государи мои, поделился я с Вами своими сокровенными местами Первопрестольной, где уставшему горожанину не грех испить чудодейственный напиток турками да арабами почитаемый.
И, во-вторых, Господа, Гостиная наша, право слово – чудо как хороша, грех не похвастаться!
Нашёл-таки в моём лице Конька-горбунка – ночную фею у Покровских Ворот!
Времена нынче смутные:
Времена могут быть какими угодно, но жизнь продолжается.

Итак, судари мои – приёмная Коллегии адвокатов №1000 города Москвы.

Почему я позволил себе вернуться к сей теме? Не так давно, а вернее сказать, намедни, разместил я заметку, посвящённую нашему офису… Фу, слово-то какое поганое – "Офис": холодное какое-то, прилизанное, как палата в госпитале. Одним слово – ящик без души… Лучше так: разместил я заметку, посвященную нашей Коллегии, и назвал её: "Диафильма "Приёмная у Покровскихъ воротъ".
Россiя, Москва, Покровскiе Ворота
А у них, у творческих людей, ежели какая-нибудь мысль взыграла – то лучше уж им и не перечить.
А вот с диафильмой комичная история приключилась: как-то поздним вечером (за час до полуночи) собираюсь я, значится, после рабочего дня отбыть до дому. И вдруг звонок. А я уже в дверях. И свет погасил. Гляжу, звонит наш "Кулибин" (иначе я его и не величаю) – маг и кудесник по технической части Александр Юрьевич Скоморохов.
"Барин, – говорит, – Иван Михайлович, хоть убейся, но представь мне фотокарточки Гостиной: мне это для размещения во всемирной паутине архисрочно и весьма потребно!"
Долго ли, коротко ли, но взял я в руки штуку заграничную, телефоном называемую, и нащёлкал фотокарточек, как смог, да и отправил супостату – пущай развлекается…
Сегодня суббота, сентябрь, год 2023 от Рождества Христова.
"Я боюсь, что обязательно наступит день, когда технологии превзойдут простое человеческое общение.
И мир получит поколение идиотов"
" Серьёзное отношение к чему бы то ни было в этом мире
Станислав Ежи Лец
"Барин, – кричит, – а получилось-то Bellissimo… Beautiful, Wonderful и прочие Very well!". Понравилось, значится. И не просто понравилось: "Надобно, – голосит, – нам цельную рубрику придумать, и назвать как-нибудь позаковыристей!"
А поутру опять звонит Кулибин:
Добрые люди, Вам – счастья!
Итак, добро пожаловать на "ПРОМЕНАДЪ"…
"Где ж, я тебе, мил человек, в полночь фотокарточки раздобуду?"
"Где хошь, говорит, найду и горло перережу.
Георгий Данелия и Виктория Токарева, "Джентльмены удачи", 1971г.
"Жизнь можно начать с чистого листа,
Они точно боятся, что если оно замолчит, то будет хуже: не дай Бог, ещё что-нибудь случится.
Сплошное засорение мозгов, какое‑то!
Ни почитать, ни подумать, ни сосредоточиться невозможно…"
Александр Николаевич Вертинский (1889-1957) , "Дорогой длинною…"
И не будем забывать, Господа: пока мы недовольны жизнью, она проходит…
А как нас убеждал великий Джордж Бернард Шоу:
"Жизнь состоит не в том, чтобы найти себя.
Жизнь состоит в том, чтобы создать себя"
Вот так и мы, друзья мои, по крупицам создаём нашу Коллегию адвокатов – наш дом у Покровский Ворот Первопрестольной.
А известно ли Вам, милостивые Государи мои, что графу Толстому потребовался без малого год (!), чтобы написать вступительную сцену романа "Война и миръ": книга начинается великосветским приёмом, где литератор знакомит читателя с главными персонажами – элегантное начало, на которое у автора ушло 15-ть черновиков и почти год жизни, прежде чем он был удовлетворен своим творением!
Только не раскисай.
Стивен Кинг
… И дальний перестук, что возле трех вокзалов -
Евгений Борисович Рейн, "У заставы", 1987
"А сие, – молвит, – не моего ума дело: где хошь, а добудь".
Он – потребовал, я – исполнил, а далее меня вовсе и не касаемо: всё как на родимой сторонушке – "вопрос закрыт, а там хоть трава не расти..."
Подумали, назвали: "ПРОМЕНАДЪ", сиречь – "ПРОГУЛКА".
Разместили во всемирной паутине и Вас, дорогие мои, уведомили.
Ох и лестными словами Вы нас тогда одарили! Ей-ей, приятно!
Но и замечания были: на фоне наших выдающихся достижений имели-таки место отдельные недостатки, а именно – маловато (не хватило, значит)!
"Маловато, – пишут читатели, – вы, господа адвокаты, фотографий своей Гостиной презентовали, али недоброе чего замышляете?"
Хочешь или не хочешь, пришлось опять аппаратуру заморскую в руки брать и фотокарточки щёлкать.
Так что теперича приглашаем Вас, Государи мои, на променад (прогулку) по укромным уголкам нашей Гостиной у Покровских Ворот.
Не судите строго: мы создали жизнь такой, какой хотели её видеть.
Всё подлинно, никакой, прости Господи, компьютерной графики.
Мы всё те же, там же: Россия, Москва, Покровские Ворота, вход со двора…
Заходите без приглашения, кофе хватит на всех.
Альберт Эйнштейн
И не забывайте:
является роковой ошибкой…
А жизнь – это серьёзно?
О да, жизнь – это серьёзно! Но не очень…"
Льюис Кэрролл, "Алиса в Стране чудес"
"
"
Что бы ни случилось, держи себя в руках и не падай духом"
В том и состоит твоя задача в нашей тяжелой жизни –
сохранить сердце любящим и не раскисать, не смотря ни на что.
последний, близкий друг всех павших и усталых"
но сам почерк изменить гораздо сложнее"
Прямо насмерть? А то как же!"

Сегодня

Александр Николаевич Вертинский
артист, киноактёр, композитор, поэт, певец
Родился в марте 1889 года в Киеве. Отец – частный поверенный, помимо юридической практики, занимался журналистикой – публиковал фельетоны. Мама из дворянской семьи. Отец не смог жениться, поскольку его первая жена не давала развода, и "усыновил" собственных детей спустя несколько лет. Когда мальчику было три года, умерла мама, а спустя два года от скоротечной чахотки погиб отец.
В девятилетнем возрасте на отлично сдал экзамен в Первую киевскую гимназию, но через два года был исключён за неуспеваемость и дурное поведение. Переведён в 4-ю Киевскую гимназию, считавшуюся учебным заведением "попроще". Тётка, у которой мальчик жил, наказывала его за плохие отметки, на что он отвечал чтением книжек не из школьной программы, подворовывал, а также подделывал отметки. В конце концов, он был исключён из 5-го класса гимназии, а потом его выгнали из дома.
Подрабатывал статистом в театре, хотя позже признавал свой первый актёрский опыт крайне неудачным.
Постепенно приобрёл репутацию литератора: писал рецензии на выступления Фёдора Шаляпина, Анастасии Вяльцевой и других знаменитостей, публиковал небольшие, как правило, "декадентские", рассказы в местных газетах.
На жизнь зарабатывал, продавая открытки, работая грузчиком, корректором в типографии, играя в любительских спектаклях; побыл бухгалтером гостиницы, откуда был уволен "за неспособность".
В 1913 году переехал в Москву. Попытался поступить в Московский художественный театр, но не был принят из-за дефекта дикции: экзамен принимал К.С. Станиславский, которому не понравилось, что экзаменующийся плохо выговаривает букву "р".
Начал выступать на сцене Театра миниатюр в Мамоновском переулке.
После начала Первой мировой войны, добровольно отправляется на фронт санитаром на военном поезде. Был награждён серебряной медалью "За усердие" на Станиславской ленте.
Дебют на эстраде состоялся в 1915 году в Арцыбушевском театре, которому он предложил свою новую программу "Песенки Пьеро".
Исполняя песни, как на собственные стихи, так и на стихи поэтов Серебряного века, выработал собственный стиль, важным элементом которого стал певучий речитатив с характерным грассированием. Его искусство "представляло феномен почти гипнотического воздействия не только на обывательскую, но и на взыскательную элитарную аудиторию".
25 октября (7 ноября) 1917 года – в день Октябрьской революции – в Москве проходил бенефис Вертинского.
Романс "То, что я должен сказать", написанный под впечатлением гибели трёхсот московских юнкеров, возбудил интерес ЧК, куда автора вызвали для объяснений.
В 1919 году окончательно уехал из голодной Москвы. Последним городом пребывания стал Севастополь: вместе с остатками армии барона Врангеля переправился в Константинополь. В 1925 году переехал во Францию, где продолжил концертную деятельность и создал лучшие свои песенные произведения. В 1933 году отправился в Ливан и Палестину, дал концерты в Бейруте, Яффе, Тель-Авиве, Хайфе, Иерусалиме.
Во второй половине 1930-х годов неоднократно обращался с просьбой разрешить ему вернуться на Родину. В 1943 году написал письмо на имя В.М. Молотова: "Жить вдали от Родины в момент, когда она обливается кровью, и быть бессильным ей помочь – самое ужасное". Разрешение было получено.
В 1956 году написал жене свое впечатление о докладе Хрущёва:
"Я перебрал сегодня в уме всех своих знакомых и "друзей" и понял, что никаких друзей у меня здесь нет! … Всё фальшиво, подло, неверно… На съезде Хрущёв сказал: "Почтим вставанием память 17 миллионов человек, замученных в лагерях". Ничего себе?! Кто, когда и чем заплатит за "ошибки" всей этой сволочи?! И доколе будут измываться над нашей Родиной? Доколе?…"
Последний концерт Вертинского состоялся 21 мая 1957 года в Доме ветеранов сцены в Ленинграде.
В тот же день Вертинский скончался в гостинице "Астория" на 69-м году жизни…
Похоронен на Новодевичьем кладбище Москвы…